label index  ▪  name index jukebox  ▪  lightbox  ▪  memberlist  ▪  upload  ▪  help  ▪  about this site  ▪ russian

Home > . . > Alexander Tikhonov > The Centennial Law - The Centennial problem (in ...

Featured  |  Last Comments  |  Search


 
 

 

on other languages Русский

THE CENTENNIAL LAW - THE CENTENNIAL PROBLEM

One hundred years ago – March 20, 1911 the State Duma and the State Council had endorsed and His Majesty approved the «The Statute of Copyright» that for the first time included phonograph industry provisions.
(This article is currently available only in Russian language)

Законопроект активно обсуждался авторами, исполнителями, граммофонным фабрикантами и каждый думал о своем. Крупнейшая тогда звукозаписывающая компания России – Акционерное Общество «Граммофон» взяло на себя смелость представить комиссии Государственного Совета свои замечания по законопроекту в той его части, которая затрагивала интересы бизнеса.

Проблема была серьезная. Уже тогда Общество несло огромные убытки от пиратов, которых называли копировщиками. Первые пиратские диски появились в России в 1902 году – за три года до первой русской революции. Собственно с этого времени АО «Граммофон» пыталось бороться с эти злом, но все было бесполезно ввиду отсутствия соответствующего законодательства.

Документ, представленный в Госсовет, назывался «Записка Акционерного Общества «Граммофон» об авторском праве на фонографические записки». Обозначая масштабы проблемы, эксперты Общества приводили список фирм, занимающихся незаконным копированием. «В каталоге компании «Интона» из общего числа 302 записей копированных с наших записей – 266, в каталоге т-ва «Орфеон» из 1032 записей копированных- 854, в каталоге фирмы «Тонофон» из 418 записей копированных – 308 и т.д. Наряду с цифрами были представлены и интересные факты. Давид-Моисей Абрамович Финкельштейн (из общества «Орфеон») вместе с другими лицами имел в С.Петербурге фабрику, на которой копировал наши записи, издавая их под маркой «Мелодифон». Мы решили купить эту фабрику на том условии, что Финкельштейн в будущем не будет заниматься копированием - это условие было главным в контракте. Несмотря на это Финкельштейн, сразу после подписания соглашения вновь стал подделывать пластинки «Граммофона». Самое интересное, что именно «Орфеон», вместе с компанией «Колумбия», которая в те годы уже работала в России, представил Председателю Государственной Думы перед вторым чтением законопроекта петицию, в которой просители ходатайствовали о законодательной защите их индустрии.

Эксперты АО «Граммофон» подчеркивали, что если граммофонные пластинки будут защищаться новым законом лишь постольку, поскольку защищается право композитора, то значит, такие записи можно будет копировать безнаказанно и после его принятия. Конечно, авторы будут довольны законом, поскольку получат дополнительный доход от продажи пластинок, предназначенных для развлечения посетителей ресторанов, чайных, постоялых дворов и т.п., а что получат от этого те, кто производит диски?

Действительно, положение производителя фонограмм по законопроекту выглядело жалким. Право свободного воспроизведения музыкальных произведений (domaine publique), которым он пользовался до сих пор, было отнято и передано автору, а взамен ничего. Издатель полностью зависел от милости всякого, кто пожелает копировать его издания. И таких в России было немалою. Эксперты АО «Граммофон» завершали своё обращение надеждой, что их мысли и советы будут приняты во внимание при обсуждении законопроекта в Государственном Совете.

Тем временем ситуация на рынке обострялась. Масштабы копировки достигли невероятных масштабов. Столкнувшись с таким беспределом Общество представило Министру Юстиции петицию о своих нуждах, которая была переслана им в комиссию Государственной Думы, вместе с петициями артистов, интересы которых также сильно страдали от безнаказанного копирования исполненных ими для граммофона номеров. Комиссия Государственной Думы, имея в виду этот материал, внесла в текст закона некоторые изменения, направленные на защиту граммофонных записей от подделки. Но, к сожалению, комиссия, благодаря, вероятно малому знакомству с условиями граммофонной промышленности, частью формулировала эти изменения с недостаточной ясностью, частью же не предусмотрела некоторых важных случаев, которые могли бы встретиться на практике при применении нового закона.

Вступление «Положения об авторском праве» в силу потребовало внесения изменений и в другие законодательные акты, в частности в статьи Устава Гражданского Судопроизводства, Устава Уголовного Судопроизводства и Уголовного Уложения.

Теперь дела о нарушении авторского права начинались не иначе, как по жалобе потерпевшего. Причем делалось это по усмотрению истца, или в том окружном суде, в ведомстве коего последовало нарушение, или в том, коему подсуден ответчик по месту жительства. Приговор о наказании виновного отменялся, если заявитель соглашался на мировую до исполнения приговора.

Виновные в умышленном нарушении авторского права наказывались арестом или денежною пенею не свыше пятисот рублей. (По тем временам большая сумма. Прим. автора). Если нарушение сего права было учинено самовольным изданием или размножением произведения, с целью его сбыта, то виновному грозило тюремное заключение. Предусматривалась ответственность и торговцев, виновных в хранении для продажи или ввозе из-за границы для продажи предмета, заведомо изготовленного в нарушение авторского права в виде ареста или денежной пени не свыше пятисот рублей.

На основании Записки АО «Граммофон» в законодательстве появилась такая норма: «Воспроизведение, без согласия фабриканта, механических нот (дисков, пластинок, цилиндров и т. п.), предназначенных для исполнения произведения посредством граммофонов, фонографов, пианол и тому подобных инструментов, если на этих нотах означены фирма или имя и фамилия фабриканта, воспрещается. Самовольно издавший механические ноты обязан вознаградить потерпевшего за весь причиненный ему убыток. Размер компенсации устанавливался судом, по соображении всех обстоятельств дела, по справедливому усмотрению». Это было чрезвычайно важно для бизнеса, поскольку ставило пиратов (копировщиков) вне закона.

В Положении об авторском праве 1911 года были заложены многие базовые принципы, действующие и сегодня. Автору, например, принадлежало исключительное право всеми возможными способами воспроизводить, опубликовывать и распространять свое произведение. Авторское право после смерти автора переходило к его наследникам.

Если же автор не распорядился при жизни своим авторским правом и, после него не осталось наследников, то авторское право прекращается со дня смерти автора.

Договор об отчуждении авторского права, об уступке права на издание или о предоставлении права перевода, публичного исполнения произведения или какого-либо иного из принадлежащих автору прав другому лицу должен быть изложен только в письменном виде. Авторское право на литературные, музыкальные и художественные произведения принадлежали автору в течение всей его жизни, а наследникам или иным правопреемникам его – в течение пятидесяти лет со времени смерти автора.

В положении, с подачи АО «Граммофон», появилось важное примечание: «Незаконным изданием считается и самовольное переложение музыкального произведения на всякого рода механические ноты». (Диски Прим. Автора)

Третья глава Положения была полностью посвящена авторскому праву на музыкальные произведения. В параграфе 42, в частности говорилось: « Авторское право на музыкальное произведение заключает в себе также исключительное право композитора на переложение его на всякого рода механические ноты (диски, пластинки, цилиндры и т. п.), предназначенные для исполнения произведения посредством граммофонов, фонографов, пианол и тому подобных инструментов. Наряду с эксклюзивом в положении были предусмотрены и принципы оформления неисключительных лицензий. В пункте 43 отмечалось, что не признается нарушением авторского права на музыкальное произведение использование в изданиях с учебною или ученою целью, в виде примеров, отдельных мест изданного или публично исполненного музыкального произведения.

В главе четвертой Положения подчеркивалось, что музыкальное и музыкально-драматическое произведение заключает в себе исключительное право на публичное исполнение. Публичное исполнение музыкального произведения допускалось без согласия композитора, если оно ни непосредственно, ни косвенно не преследовало целей наживы, а также совершалось во время народных празднеств, или если выручка была предназначена исключительно для благотворительных целей и исполнители не получали вознаграждения.

С момента принятия Положения об авторском праве производство копированных пластинок оказалось наказуемым. Фирма «Орфеон» приостановила свой бизнес и занялась поиском лазеек в законодательстве. Легальные граммофонные компании должны были выплачивать авторское вознаграждение. Вскоре на этикетках АО«Граммофон» и «Зонофон», а затем «Пате», «Экстрафон», «Звукопись» и др. стали появляться марки с надписью «АМПРА» - это была аббревиатура специально созданного Агентства механических музыкальных прав русского автора. Согласно договору от стоимости каждой проданной пластинки автору, записанного на ней произведения, должен быть отчисляться определенный процент. Факт такого отчисления и удостоверялся путем наклейки на этикетку пластинки этой марки.

Для своего времени это был прогрессивный закон, который, прежде всего решил, вопросы защиты интересов авторов. Именно благодаря ему Иван Шатров – автор известнейшего вальса «На сопках Маньчжурии», выиграл у «Сирены РекордЪ» судебный процесс, В результате крупная российская компания вынуждена была выплачивать композитору авторское вознаграждение в размере 15 копеек с каждой проданной пластинки. Авторы, стали системно получать деньги от звукозаписывающих компаний. Закон 1913 года заложил правовые основы борьбы с музыкальным пиратством при механическом воспроизведении, но совершенно не коснулся прав исполнителей. Артисты сами решали свои финансовые отношения со звукозаписывающими компаниями, соглашаясь, либо отказываясь от предложенных им гонораров. Как бы там ни было идеи, нормы и положения, сформулированные сто лет назад, нашли свое отражение и в Законе «Об авторском праве и смежных правах» 1993 года и в части IV Гражданского Кодекса РФ, вступившей в силу 2008 году.

К сожалению, законодательство всегда отстает от технологий. Регулирование правоотношений в сети интернет – сегодня приоритетная задача. И делать это нужно как можно быстрее, а то просто будет делать не для кого.

Автор Александр Тихонов

 

Hits:

4937 | Downloads: 0

Rating:

10.00 (3 votes)

Added by:

bernikov | 19.03.2011 10:09
 
    Rating of this item
 
 
Author Comment
There are no comments for this item
 
 

Powered by 4images © 2002 Template by Karcher © 2005

About this siteTerms of UsePrivacy StatementLinksContact UsGuestbook